Прикоснись к истории страны. Вам представлены экспонаты коллекции музея памяти представителей Российского Императорского Дома «Напольная школа в городе Алапаевске». Камертон «Jul HEINR. Zimmermann».

Среди экспонатов выставки, посвященной Князю Крови Императорской Иоанну Константиновичу, находится инструмент для фиксации и воспроизведения эталонной высоты звука, который называется словом «камертон» и в исполнительской практике применяется для настройки музыкальных инструментов и хористов. Подобный камертон находился у Князя Крови Императорской Иоанна Константиновича, трагически погибшего в Алапаевске, согласно описи вещей, составленной следственной комиссией в октябре 1918 года.

Обладая прекрасным музыкальным слухом, Князь Иоанн Константинович, великолепно играл на фортепьяно, был регентом хора в храме Павловского дворца, принадлежавшего семье Великого Князя Константина Константиновича. Среди документов архива Князей Константиновичей осталось описание подготовки Иоанна к службам в сельском храме их подмосковного имения «Осташево», в котором он разучивал хоровые партии с братьями.

С самого раннего детства Князь Иоанн Константинович отличался редкостным духовно-религиозным настроем. Он неоднократно бывал в Оптиной пустыни и был особенно близок к Настоятельнице Марфо-Мариинской Обители Милосердия Великой Княгине Елизавете Феодоровне. Годами позднее, специально ко дню освящения храма Спасо-Преображения, построенной в память 300-летия Дома Романовых в поселке Тярлево (Павловск), Князь Иоанн Константинович сочинил музыкальное произведение для четырех-голосого хора под названием «Милость мира».

Камертон, которым он пользовался, изготовлен на фабрике музыкальных инструментов Юлия Генриховича Циммермана – фабриканта музыкальных инструментов и музыкального издателя немецкого происхождения, долгое время работавший в Российской империи.

За свои заслуги в Российской империи Юлий Циммерман был награждён «Орденом Святого Станислава» (1901) и объявлен эксклюзивным поставщиком музыкальных инструментов для российской армии[2]. В 1919 году в России фирму Юлия Циммермана национализировали и на базе его фабрики духовых инструментов был создан «Ленинградский завод духовых инструментов».

Музыкальное издательство «Zimmermann» и сейчас является одним из крупнейших в мире, центральный офис издательства находится во Франкфурте на Майне.

Прикоснись к истории страны. Поэзия князя Владимира Палея (часть 2)

ПРАЗДНИК В ПАРКЕ
Cад потемнел… Рыдали скрипки,
Носились пары в полусне…
Её движенья были гибки,
Её глаза смеялись мне.
Свет фонарей, прозрачно-бледный,
Песок аллеи целовал,
Смеялся взор её победный,
Лица румянец и овал…
Боялся власти я былого,
Боялся сердца старых ран,
Но сумрак сада голубого,
Меня обвеял, как дурман…
Забыл я прежние ошибки,
Влюбился снова – снова млел…
В душе больной рыдали скрипки,
А сад кругом темнел, темнел…

БЫВАЕТ СТРАШНО ИНОГДА
Столкнуться с другом промелькнувшим,
Со светлым образом, заснувшим
В душе на долгие года.
Бывает страшно иногда
Взглянуть в огонь очей любимых
Без колебаний нестерпимых,
Без чувства тайного стыда.
Бывает страшно иногда,
Тая в груди глухие стоны,
Понять, что лучшие виденья
Ушли… навеки… навсегда.
Бывает страшно иногда <…>

«Прикоснись к истории страны». Фильм «Алапаевская Голгофа».

«Прикоснись к истории страны». Фильм «Алапаевская Голгофа».

Фильм о последних днях преподобномученицы Елизаветы Федоровны и инокини Варвары, Великих князей и близких к ним людей. События, происходившие в Алапаевске в 1918 году.

Прикоснись к истории страны. С праздником Светлой пасхи !

К каждой Пасхе Императорский фарфоровый завод делал пасхальные яйца для членов императорской фамилии «на раздачу» при христосовании. Фарфоровые яйца чаще всего были подвесными и имели сквозное отверстие, куда продевалась лента с бантом внизу и петлёй вверху. Такие яйца обычно подвешивались в красный угол под иконы.

В 1799 г. на Императорском фарфоровом заводе было изготовлено 254 яйца, в 1802 году – 960. К Пасхе 1914 года выпущено 3991 фарфоровое яйцо, в 1916 г. – уже 15365 штук. Большая часть их была предназначена для христосования с низшими чинами в действующей армии и посылок на фронт. На таких яйцах изображались вензель императора, государственный герб, а также Георгиевский крест, отчего такое яйцо становилось своего рода знаком отличия и приобретало вид награды.

Во время обряда христосования при Николае II августейшая чета дарила яйца с императорскими вензелями. Свита и депутации от подшефных полков подходили к Царю, останавливались и кланялись. Николай II протягивал им руку со словами «Христос воскресе!» Подданные отвечали: «Воистину воскресе!» – и Государь троекратно целовался с ними. Императрица Александра Фёдоровна, стоявшая позади государя, раздавала им фарфоровые яйца, при этом ей целовали руку. После христосования с огромным количеством народа «Государь должен был идти мыть лицо и бороду – вода становилась чёрной, а рука государыни темнела и опухала». В приказах по частям писалось, чтобы «нижние чины не фабрили усов и бороды». В дневнике за 1902 год Николай II писал: «После чаю разбирал фарфоровые яйца к предстоящему христосованию». В воскресенье, в день Пасхи Господней, он похристосовался почти с тысячью подданных, включая придворных.

Светлое Христово Воскресенье ссыльные князья встречали в Екатеринбурге. Князь Владимир Палей часто писал родным из ссылки. Его мать княгиня Ольга Палей отметила в мемуарах: “Помню, рассказывал он, как в екатеринбургском соборе в Пасхальную ночь князья в полном составе, с зажженными красными свечками в руках внимали псалмам – песням надежд. И когда восклицали они: “Христос воскресе! – Воистину воскресе!”, то и впрямь воскрешали они к надежде и жизни”. Фото из экспозиции “Открытка с видом на Кафедральный собор. Екатеринбург. 1918 год” – слева здание гостиницы, так называемые “Атамановские номера”, где проживали ссыльные князья будущие алапаевские мученики.

Прикоснись к истории. Поэзия князя Владимира Палея (часть 1)

Князь Владимир Палей, двоюродный брат последнего российского царя, был поэтом из дома Романовых, но не Романовым.  Всему виной всему был  неравный брак» его родителей. Это обстоятельство могло бы спасти ему жизнь, однако, когда большевики потребовали, чтобы он отказался от своего отца, Великого князя Павла Александровича. Сыновняя любовь и долг чести   оказались важнее, и он предпочёл жизни ссылку и смерть.

Владимир прожил всего 21 год, но весь этот недолгий срок восхищал окружающих своим необыкновенным талантом. Стихи, полные гармонии и блеска, рождались в нем так же естественно, как музыка Моцарта. Сегодня мы открываем поэтическую страничку, посвящённую творчеству Владимира Палея, и раз в неделю, мы будем знакомить Вас с его замечательным поэтическим наследием .

ЗОЛОТЫЕ МЕЧТЫ
Сказать бы тебе золотые мечты,
Давнишние думы сказать бы:
Я вижу твои дорогие черты
В тени позабытой усадьбы.
И солнце кругом, и лазурная тень,
В саду расцветают левкои,
И к ласке безмолвной нас манит сирень,
И оба живем мы в покое…
Так выглядит мило старинный фронтон,
Белеют так мягко колонны,
Дни плавно текут, как загадочный сон,
А ночи – отрадны, бессонны.
Мы молоды, счастливы, всё впереди,
Чужда нам тревога сомнений,
Беспечно смеясь, бьется сердце в груди,
Любви улыбается Гений.
О друг мой желанный! Пусть это лишь бред,
Но столько в нем счастья порою!
Я вижу, как мы, уж на старости лет,
Его вспоминаем душою.
Умчимся ж в тот светлый скорей уголок,
Пока мы свободны и любим,
Совьем как гнездо, а не то – минет срок,
И счастье свое мы погубим…

Люблю лампады свет неясный
Пред темным ликом Божества:
В нем словно шепот ежечасный
Твердит смиренные слова,
Как будто кто-то, невзирая
На то, чем жив и грешен я,
Всегда стоит у двери рая
И молит Бога за меня…